Предстоятель
Азбука веры
Апологетика
Святые
Подвижники благочестия
Слово пастыря
Хроника монастырской жизни
Статьи
Праздники
Монашество
Духовная жизнь
Месяцеслов Воскресенского монастыря Нового Иерусалима
О Новом Иерусалиме
Вести Святой Земли
Документы
Издания
«Отверзу уста моя...» К празднику Введения во храм Пресвятой Богородицы
Введение во храм Пресвятой Богородицы. Панселин, XIII век. Карея, Афон

"Величие же Твое кто исповесть?.."

Богоматерь... «Весь мир христианский славит Имя Твое Преблагословенное!» Каким необъятным предстает образ Бога Слова Родшей перед всяким верующим человеком, коль скоро он начинает размышлять о Ее величии и славе! Какое бессилие испытывает всякий, кто берется за перо, чтобы попытаться передать свое поклонение перед Ней! Разве не понимают это отчетливо составители акафистов, восклицая в полнейшем смирении: «Недоумевает ум наш, како есть достойно восхвалити Тя!»? Но, сознавая свое недостоинство, обязаны вместе с тем мы — православные — воспевать нашими слабыми голосами Ту, от Которой таинственно и непостижимо для человеческого разума — так, как некогда расцвел диковинными цветами жезл праведного Аарона — прозябл Господь наш Иисус Христос. Не довлеют Ей даже в самой малой степени наши похвалы. И хочется поэтому привести здесь слова, которыми один почтенный московский протоиерей благоговейно переложил девятый ирмос второго рождественного канона (творение св. Иоанна Дамаскина) — они прекрасно передают состояние любого из смертных, дерзающего говорить или писать о Величайшей из матерей:

О Дева! Из-за страха,

Чтобы нечистыми устами нам

Тебя не осквернить,

Удобней было б безопасное молчание хранить.

Но по любви к Тебе должны однако

Мы песни вдохновенно стройные слагать.

О Матерь Божия! Дай силу мне на то,

Что я избрал (из этих двух последнее одно)!

* * *

Еще с детских лет каждому православному человеку навсегда запомнилось прекрасное и трогательное изображение. Величественная каменная лестница ведет в знаменитый иерусалимский храм. На ее ступенях расположились маленькие дети в светлых одеждах и с зажженными свечами. У подножия лестницы смиренно стоят благочестивые Иоаким и Анна, сподобившиеся по милости Божией стать родителями в преклонном возрасте и решившие посвятить Господу свое долгожданное дитя. Разве ведает трехлетняя Отроковица о том, какой великий удел ожидает Ее по предопределению Всевышнего? А на площадке перед дверьми седовласый и мудрый старец — первосвященник ласково простер свои руки к приведенной юнице, готовый сопроводить Ее под кров Дома Божия.

Сегодня канун праздника Введения. Сегодня вновь эта икона водружена на аналое посредине храма. Служба еще не начиналась, но церковь все больше и больше наполняется людьми, и на широком круге подсвечника один за другим загораются и потрескивают огоньки свечей. Сейчас отверзутся царские врата, возглас диакона призовет верующих к молитве, и начнется торжественное прославление Пресвятой Богородицы — прославление, которое с такой верой и любовью воздает Ей наша Ортодоксальная религия и которого по глубочайшему их заблуждению избегают многие инославные толки.

Пресвятая Дева... Сколько удивительных пророчеств о Всеславной было изречено велемудрыми праведниками Ветхого Завета, сколько таинственных преобразований было явлено им Всевышним за много веков до рождения Той, Которую Святая Церковь именут ширшей небес, Небом умным, светозарным Обиталищем Христа Жизнодавца. О них сегодня особенно настойчиво напоминает верующим праздничное богослужение. «Приведутся Царю девы в след Ея, искренняя Ея приведутся Тебе!» — восклицал некогда боговдохновенный псалмопевец, и вот сбылось это дивное провидение. Трилетствующая Юница, сопровождаемая девочками-ровесницами, вступает в храм Господень, и убеленный сединами Захария, сын Варахиин, облеченный таким же даром ясновидения, как Иаков и Моисей, Аввакум и Исаия, встречает Невесту Бога Всецаря радостными глаголами: «Двере Господня, храма отверзаю Тебе двери!»

...«Премудрость!»... Те извлечения из Божественного Писания, которые читаются за нынешней всенощной в качестве паремий, с необычайной силой являют нам славу Пренепорочной. В Книге Исхода повествуется о том, как Господь повелел Моисею поставить скинию свидения, вложить в нее кивот и освятить ее елеем помазания. Дивное облако покрыло утвержденную скинию, — говорит священная книга, — и она преисполнилась славы. Так в образе скинии показал Всемогущий избраннику Своему Ту, что через множество столетий после соделалась Боговместимой Скинией, предуготованной еще на Предвечном Совете Триипостасного Божества для воплощения Единого от Троицы и освященной наитием Святого Духа.

«Вонмем!» — обращается из алтаря к богомольцам голос священнослужителя. Третья книга Царств излагает сжатое описание того, как по повелению премудрого Соломона старцы Израилевы переносят скинию и кивот завета из Сиона в Иерусалим. И не содержится ничего иного в кивоте, кроме двух скрижалей с начертанием Заповедей Божиих, вложенных туда Моисеем в Хориве, как было указно ему Вседержителем. Херувимы с распростертыми крыльями парят над местом кивота, и вновь озаряет небесный свет Святое Святых храма иудейского. Разве не поразительно это библейское описание? Именно оно прообразует впредь за века вхождение в тот же храм Одушевленного Кивота — Чистейшей Девы, «честнейшей херувим и славнейшей без сравнения серафим».

«И рече Господь ко мне — вещает своим современникам и грядущим поколениям пророк Иезекииль — врата сия затворена будут и не отверзутся, и никтоже пройдет сквозе их, яко Господь Бог Израилев пройдет ими, и будут заключена». Или не удивительно, в каком полном тайны образе предстала Всепетая многозрящим очам пророка? И Она, единственная дщерь богобоязненной четы, явила на Себе исполнение всех изумительных пророчеств и чудесных проообразований. Как не славить нам Ту, Чье Пречистое Лоно, как ковчег в иудейском святилище, содеялась по усмотрению Промыслигеля Одушевленным Кивотом, Блаженным Чревом, вместившим только Начальника жизни нашей. И Она, чистая и кроткая как голубица, оказалась теми внешними, обращенными на восток, вратами храма, которые узрел ясновидец, — «дверью славной, помыслы непроходимой». И никто-же прошел ими, только Христос, принявший «рабий зрак», чтобы примирить земнородных с Вседержителем.

Проникновенна нынешная служба. Духовенство выходит на литию. Торжественно звучит стихира. «Се бо дверь на востоки зрящая, — поет хор — рождшаяся от неплодове бесплодные по обетованию, и Богу освящена бывши в жилище, днесь и в храм яко непорочное приношение приводится». С высоты амвона диакон неторопливо описывает кадильницей широкую дугу над головами предстоящих. По храму растекается тонкий аромат ладана. Вместе со струями благоухания ясно доносится в самые дальние уголки многократное «Господи, помилуй», сопровождающее каждое прошение. «Владыко Многомилостиве... — взывает ко Христу первослужащий — ... благоприятну сотвори молитву нашу, даруй нам оставление прегрешений наших,... умири нашу жизнь...» Верующие преклонили головы, и каждый безмолвно просит Человеколюбца услышать сие малое моление и по безмерной Его благости помиловать притекающих к Нему. Предстатешьство Владычицы нашей Богородицы и Приснодевы Марии служит крепким упованием для нас, слабых и суетных существ, часто попадающих в сети греха, оскверняющих себя завистью, сребролюбием, осуждением ближнего. И нет среди православных такого человека, который не вверял бы себя неизреченному милосердию Споручницы грешных и не умолял бы Всемилостивую: «... не отврати Твоя рабы тщи, Тя бо и едину надежду имамы». Твердо полагаемся мы, преисполненные скверны, на Нее, ибо веруем, что «можеши, о Благодатная, не точию от всякого зла сохранити люди Твоя, но и всяким благодеянием снабдити и спасти». Верим, что Она — «щит крепкий» для всех, спешащих к Ее помощи, — верим, что Она утоляет печали и болезни многовоздыхающих и смятенных наших душ.

...«Отверзу уста моя, и наполнятся духа, и слово отрыгну Царице Матери... и воспою радуяся Тоя вхождение». Всенощная медленно приближается к концу. В строгом безмолвии, чередой подходят богомольцы к иконе праздника. Они осеняют себя крестным знамением и лобызают священное изображение Царицы небес и земли.

А по храму плывут великолепнейшие звуки. Два праздничных канона и катавасия «Христос раждается», пение которой начинается с сегодняшнего вечера — одно содержательней и напевнее другого — словно переплетаются между собой в венец для Богоматери. Какая премудрость заложена в каждом песнопении! «Ужасошася всяческая о Божественней Славе Твоей: Ты бо еси, Неискусобрачная Дево, имела еси во утробе над всеми Бога и родила еси Безлетного Сына, всем воспевающим Тя, мир подавающая!» Да, поистинне невыразима слава Той, Кого мы по вере своей почитаем Заступницей усердной и Предстательницей Всеблагой за «люди Своя»!

О Матерь Бога Вышнего! Да, мы православные русские люди — «Твоя песнословцы». Глубоко веруя, что «Тобою бо Богу примирихомся», но устанем величать Тебя, усыновившую нас при Кресте Сына Своего, как «свещу неугасимую, в молитвах за нас у Престола Господня присногорящую». Покидая Дом Божий с радостью и волнением в груди, ото всего сердца воскликнем Тебе с пророком Захариею: «Ты еси избавление, Ты еси всех радость, Ты еси воззвание наше!». Воистинну через Тебя пришло избавление проявленное, воистинну от Тебя родился Бог Слова, претворивший нам тьму неверия в незаходимый свет Непререкаемых Истин. Умиленные душею, благочестно восхвалим Тя вкупе со всей Православной Церковью: «Радуйся, смотрения Зиждителева исполнение!»

Г.А.

Источник: Журнал Московской Патриархии, № 12, 1947.

STSL.Ru