Предстоятель
Азбука веры
Апологетика
Святые
Подвижники благочестия
Слово пастыря
Хроника монастырской жизни
Статьи
Праздники
Монашество
Духовная жизнь
Месяцеслов Воскресенского Ново-Иерусалимского монастыря
О Новом Иерусалиме
Вести Святой Земли
Документы
Издания
Быть сынами Отечества земного и Небесного

Беседа главного редактора журнала Самарской епархии «ДУХОВНЫЙ СОБЕСЕДНИК», действительного члена РАЕН, профессора, доктора педагогических наук, игумена Ззаволжского мужского монастыря Честнаго Животворящего Креста Господня ( Самара) архимандрита Георгия (Шестуна) с доктором философских наук, профессором кафедры социально-педагогического образования Санкт-Петербургской академии постдипломного педагогического образования Мариной Владимировной Захарченко

 

ЧАСТЬ ПЕРВАЯ

 - Грядет 2017 год. Патриарх объявил тему XXV Международных Рождественских чтений: «1917 - 2017: итоги столетия». Предлагаю сделать темой нашей беседы вопросы отечественного образования в контексте проблемы, заявленной на чтениях.

-Да, согласна, это очень интересная тема. Исход XX столетия - это наше время, в нем протекала наша жизнь, и в его итогах есть и наш вклад. В этом контексте хочу вспомнить о вашей книге «Православная педагогика». Она, помнится, вышла впервые в 1998 году. Я заочно познакомилась с вами в том же году по этой книге, а зимой уже целенаправленно пошла на ту секцию Рождественских чтений, где вы выступали, после чего и состоялось наше личное знакомство.

В вашей книге «Православная педагогика» красной нитью проходит мысль о том, что в основе педагогики лежит образ человека. Каков образ - такова и педагогика. Сущность православной педагогики в том, что она видит в человеке того, кто призван к вечной жизни. Светская педагогика готовит человека к земной, временной жизни, а православная педагогика - к вечной. И, как я помню, - мысль мне понравилась, но только теперь понимаю, что весь ее масштаб я оценить тогда не могла. Тогда казалось - человек и есть человек; да, люди разные, отличаются внешним обликом, крепостью, характером, способностями, приветливостью, кто-то добрее, кто-то злее, но в целом все стремятся к хорошему и отвращаются от плохого. То есть человек иногда попадает в тяжелые обстоятельства и становится злым. Его в этом случае наказывают или перевоспитывают, или он сам исправляется, но все заканчивается хорошо. Но прошло двадцать лет - это годы моего взросления, моей профессионально-педагогической и научной деятельности и годы великого испытания человека нашей страны - и, наверное, всего развитого мира - испытания изобилием. Я на опыте увидела то, о чем тогда вы говорили - предельную свободу человека избирать образ человечности и вырабатывать свой облик, отвечающий ему, буквально - облекаться в него. Увидела и то, насколько несовместимыми могут быть образы человечности. На себе испытала, как в практике образования буквально на части разрывают человека разными педагогическими стратегиями, ориентированными на различные образы человека. Сегодня многие чувствуют, что в нашем образовании что-то разладилось, много возмущения из-за перегрузки тестами, контролем, из-за непонятности программ и т.д. Но я думаю - все это следствия, а дело - в образе человека, о котором необходимо дать отчет.

 - Да, образ человека - это главное, что определяет направленность педагогического процесса. В конечном итоге он определяет всю педагогику. Педагогика вообще процесс целенаправленный. Возьмите любое определение главных педагогических категорий и увидите - воспитание, обучение, образование - это целенаправленный процесс. Куда он направлен, к какой цели? Цель по-разному можно формулировать, но в ней всегда заложены представления о человеке. Вот цель православной педагогики - восстановление в человеке образа и подобия Божия, то есть становление человека, достойного благодатной вечной жизни с Богом. В этом и цель, и ценность православной педагогики, она всю направленность процесса определяет. Куда ведем человека? - К Богу. Это цель. Как это возможно? Нужно воспитать его таким, чтобы он смог достойно предстать перед Богом. В этом главная ценность и цель православной педагогики, которая осуществима только при условии, что человек прошел путь восстановления в себе облика человеческого, такого, каким его сотворил Бог.

В антропологическом основании православной педагогики три составляющие - Христос, Церковь, человек. Именно в такой последовательности: сначала Христос, потому что возвращение человека к Богу возможно только чрез Христа. Он - Спаситель рода человеческого, и без Него человек к Богу вернуться не может. Спасение человека совершается в Церкви через ее благодатные Таинства. И чрезвычайно важно личное произволение человека, его свободное обращение к Богу, его усилия и труды. Вот это христианское учение о Спасении - сотериология - образует основание христианской педагогики, ее антропологическое основание.

- Мне на ум вот что пришло - в церковно-славянской азбуке у букв есть имена. Читая имена букв подряд, по порядку алфавита, мы прочитываем удивительно глубокий текст о сути грамотности и учения книжного. Получаем просто ответ на главный вопрос педагогики - чему учиться и зачем учиться: «Аз буквами ведаю глагол добро есть. Жизнь зело земли иже како люди мыслете. Наш он покой. Рцы слово твердо ук». Этот текст достаточно понятен. Через разумение букв, чтение мы получаем ведение (ведение больше, чем простое знание) глагола добра. Глагол - это тоже больше, чем умение говорить. Глагол - действенное слово, в котором добро утверждается. В чем это добро состоит? В исполнении райского завета Бога: хранить и утверждать жизнь земли - сотворенного Им мира. Хранить через соблюдение Его закона. Жизнь земли зело зависит от того, как мы, люди, мыслим. Куда направляем наши мысли. Если сами утверждаемся в законе Божием, то и на земле мир утверждаем. Наш, Он, Покой - эти три имени сокрыто говорят о Боге, Его присутствии в нашей жизни и действии, о Его Промысле в сотворенном Им мире. Интересно еще вот что: слово «зѣло» означает «очень». Это означает предел качества, высший уровень совершенства. Есть поговорка: лучше хорошего только очень хороший. В церковно-славянской графике пишется через букву «ять», она и по виду напоминает крест, и означает Крест Христов. Уберите из слова эту букву, прочтите, - получится «зло». Вот так имя этой буквы сокрыто говорит о мере всякого совершенства в сотворенном мире: это Крест Христов. Удалите Крест - и любое улучшение, усовершенствование обратится во зло. Продолжая читать азбуку, слышим: будь тверд в преподанном тебе учении, утверждай слово жизнью (рцы слово твердо ук). Ук - это и ученик, и учитель, и учение. Это наука, которое возводит человека вверх, к Небесному Отечеству. Дальше идет буква «ферт». Известный лингвист, Нина Павловна Саблина, вкладывала в эту букву несколько необычный смысл, его редко найдешь в известных толкованиях азбуки, но в нашем контексте он крайне важен. Ферт соотносится с верчением, поворотом и указывает на удобопреклонность человека, на его «со-вращаемость». Центр человека - не в нем самом. Человек свободен, но не самобытен, он живет не через себя самого. Поэтому он всегда в стремлении найти свой центр, он легко уклоняется в одну или другую сторону. Истинный центр нашей жизни в Боге - ведь Бог создал нас как Свой образ и подобие, но чтобы устойчиво удержаться в стремлении к истинному центру нашей человечности, необходимо усилие, верное стремление. О том, каково оно, говорят три следующие буквы. Говорят сокрыто, потому что имена у них совсем другие. Х, Ц, Ч - Христос, Церковь, человек. Это те самые три основания православной педагогики, о которых вы рассказали нам сейчас.

Так азбука рассказывает о смысле христианского учения - научить человека направлять свою удобовращательность к центру, к Богу, навыкнуть устойчивости в этом центростремительном движении.

 - Да, это действительно интересно. Вы хорошо подчеркнули свободу человека. Значение свободы в понимании сути христианской педагогики очень велико. Важно понимать масштаб этой свободы. А масштаб таков, что Бог отпустил человека от Себя и позволил ему жить по его, человека, собственному усмотрению. Об этом говорит евангельская притча о блудном сыне. Притча рассказывает о неизбежном завершении такого усмотрения - обнищании человека и о возможном благом исходе - возвращении его к Отцу. Очень кратко говорит она о том, что делал блудный сын в начале своего пути, как жил по своему усмотрению. А жил он, удовлетворяя свои хотения; и, наслаждаясь, расточил свое имение, все, что досталось от Отца. А ему от Отца ведь достались не вещи, а облик человеческий - образ и подобие Отца.

- Позвольте маленькую реплику? Опять вернусь к замечательному понятию - «удобопреклонности» человеческой природы. Человек преклонялся к своим собственным хотениям, бежал за ними от центра своей жизни - от Отца. Расточал себя в центробежном движении. И на этом пути растрачивал человеческий облик - обнищав, ел со свиньями.

 - Это важная тема - о свободе человеческой. Свобода - это духовная реальность, а не что-то туманное и беспредельное. Так только подростки могут беспредметно говорить о какой-то свободе, в которой для них ни границ, ни меры нет. Но свобода как раз предельно конкретна. У нее есть закон. Апостол Иаков в своем послании говорит: закон совершенный, закон свободы(Иак. 1, 25).Кто вникнет в него и поступит законосообразно - блажен будет в своем действии.

Как кратко сказал апостол Павел: человеку все... позволительно, но не все полезно(Кор. 6, 12).И закон таков, что человек либо утверждается в центростремительном движении к Богу и обретает лик человеческий - образ и подобие Божие, либо расточает свое человеческое достоинство в центробежном стремлении к своим хотениям - по-хотениям - действуя, предаваясь... похотям(1 Пет. 4, 3).

Хотения же человека не только вещами ограничиваются. Есть хотения и нематериальные. Например, желание властвовать над себе подобными, хотение славы. Уклоняясь от Бога, человек создает соразмерные своим хотениям образы самого себя, стремится к ним и им поклоняется. В Библии, в Священном Предании Церкви эти образы называют кумирами или идолами. Поклонение кумирам сурово воспрещается второй заповедью Синайского законодательства (заповеди, полученные Моисеем) (Исх. 20, 2).

В Послании к Римлянам апостол Павел говорит о современных ему людях языческой империи: славу, подобающую нетленному Богу, они воздают тленной твари(Рим. 1, 25). А в сегодняшнем мире разве не так? Медийное пространство переполнено кумирами. Спросите у подростка, кому он подражает, к чему стремится, каким хочет быть? И часто услышите в ответ имя или образ какого-то медийного персонажа. Еще совсем недавно это были артисты, игравшие супергероев, суперкрасавиц или «звезды» эстрады. Их так и называли - кумиры и идолы. А сегодня тенденция такова, что идолами становятся виртуальные персонажи - роботы, инопланетяне...

То есть, что нам важно понять сейчас? Что в основании педагогики находится образ человека. Образование - это и есть процесс формирования человека в соответствии с этим образом. В русском языке это просто однокоренные слова: «образование» и «образ». Так же и в немецком: «Bildung» и «Bild». Современная наука предложила такую категорию - антропологические основания педагогики. Это совокупность обоснованных представлений о природе человека, его силах и способностях, механизмах их действия, о его возможностях, о способах бытия в мире, о предельно достижимом, о человеческом совершенстве. Особенно важным является представление о совершенстве - антропологический идеал. Именно этот идеал выражает образ человека, определяющий направленность стремлений человека, направленность его образования. Ведь человек никак не исчерпывается психофизиологическими механизмами. Человек - это прежде всего смыслы, ценности, идеалы, мировоззрение - то есть вся эта сфера идеального, которая возникает в практике человеческой свободы. Антропологический идеал устремляет человека либо к вечной жизни, либо ограничивает круг его интересов земной жизнью. Я выделяю только эти два основных типа антропологического идеала. Потому что в зависимости от того, кто ты - смертный или призванный к вечной жизни - ты будешь по-разному определяться, по-разному распоряжаться своей свободой.

Если ты человек смертный, то тебе надо как можно больше в этой земной жизни успеть - все попробовать, все потребить, в том числе ито, что грешно. Это общепринятый такой посыл: надо все попробовать в жизни. Все? - Значит, и грехопадения тоже? Если ты человек вечно живущий, то знаешь, что этот земной период жизни определяет твой удел в жизни будущего века. Тут можно очень понятный пример привести: как определяет школа возможность обучения в вузе, например, как затем жизнь в вузе определяет твою профессиональную деятельность, как наконец твоя профессиональная деятельность определяет твое бытие в социальном мире, - так и твоя земная жизнь определяет твою загробную участь, твое участие в жизни будущего века. Поэтому ты будешь не только развиваться, приумножать свои силы, чтобы осваивать этот мир, но ты будешь и становиться. Становление - важная категория, она определяет законы возрастания человека в духе. Когда человек уходит из земной жизни, говорят, что он «преставился», т.е. предстал, встал. Человек встанет, наконец-то, и предстанет перед Богом во всем своем или земном величии, или земном падении.

Само греческое слово - «антропос» указывает на это становление. «Антропос»1[1 Человек (ἄνϑρωπος, от ἄνω- вверх, τρεπειν- обращать, и ὂψις - лицо, взор) - существо, имеющее лицо свое обращенным вверх, к небу, как цели бытия и будущему жилищу] - означает «вверх стоящий». Тот, чье движение в пространстве направлено вверх. «Антропос» - «Человек становящийся». Содержание его становления в отрезке земной жизни - это возрастание в духе.

- Как учил преподобный Серафим, стяжание Духа Святого - вот содержание христианского антропологического идеала. Именно этот идеал и определяет ценности. Сейчас в образовании наконец-то появилось очень важное понятие - «традиционные духовные ценности». Оно дает возможность всерьез обсуждать в педагогике те цели, которые выводят нас к идее «Человека становящегося».

Интересно вспомнить, что наука о ценностях называется аксиология, а слово «аксиос» по-гречески означает «достойно». Думается, что маленький лингвистический экскурс позволяет поставить некоторые важные акценты в нашем понимании ценностей. Ценность - это достояние человека. Всякое достояние как-то достается. В чем твое достояние и как оно тебе досталось? Вот так звучит полный двуединый вопрос, когда мы спрашиваем у человека - каковы твои ценности? Часто говорят о различии высших и низших ценностей. Как определить это различие? Думаю, что через отношение итога и пути к нему. Низшие ценности таковы, что итог и путь к нему не соединены нравственной связью. Желанный итог можно получить любым путем - и случайно (родиться красивым и здоровым), и по заслугам (богатство купца Василия Муравьева, впоследствии - прп.Серафима Вырицкого), а можно и через преступление (как получил власть Макбет, герой одноименной трагедии Шекспира). Такие ценности, как красивая внешность, здоровье, богатство, слава, власть - сегодня именно они становятся предметом вожделения. Красота и здоровье поставлены на конвейер массового производства в современной индустрии красоты. Популярным можно стать, применяя PR-технологии.

Высшие же ценности - в них неразрывно слиты правда жизненного пути и правда его плодов. Например, добродетели, честь, благочестивое супружество, целомудрие. Высшие ценности неразрывно связаны с самим обликом человека. Для православной педагогики истинной ценностью являются только высшие ценности. Низшие не могут быть целью для православного человека, они всегда только средства. Для православной педагогики цель и ценность соединены ясной открытой связью: это человек, достойный быть с Богом, и весь его жизненный путь - это путь к Богу и с Богом. Христианин ступает на этот путь через единственную дверь. Это Христос. Меня всегда восхищали слова Евангелия от Иоанна: Аз есмь дверь: Мною аще кто внидет, спасется, и внидет, и изыдет и пажить обрящет(Ин. 10, 7). В них для меня все главное о человеке: и наше стремление к труду не на чужой, а на своей пажити, и наше стремление к свободе: входя, мы всегда хотим иметь возможность выйти куда-то к лучшему. И это лучшее Господь обетовал нам: пажить обрящете. Бог определил человеку высокое достоинство быть правителем сотворенного мира и гражданином Вселенной, где его сограждане - люди всех времен и всех народов земной истории, достойно совершившие свой земной путь и представшие перед Богом со словами: вот, Господи, мое достояние. Ты знаешь, как оно мне досталось, ибо я спрашивал Тебя о Твоей воле на каждом шагу моего пути к Тебе. Все, что мое, - не мое, но Твое. И Господь отвечал каждому из них: добро, Мое верное чадо. Войди в Царство, уготованное тебе от сотворения мира. Вот пажить твоя, она больше твоих земных достояний, прими ее, возделывай и не страшись великих новых трудов: Я был и остаюсь с тобой. Вот, рядом с тобой твои сограждане, святые труженики на Моей ниве - ты знаешь их, ты следовал их заветам на своем земном поприще и сейчас ты - один из них.

 - Поэтому православная педагогика - это Вселенская педагогика. Слово «Вселенная» можно произвести от слова «вселить». Это такой путь, следуя которым человек вселяется в Царство Небесное. Ушинский говорил, что педагогика организует весь процесс жизни человека, ребенка, направляет его к цели посредством того, что вовлекает в дело всю совокупность потребного ему для достижения цели. Она помогает ему освоиться в мире, предлежащем как цель, посредством системы знаний, этот мир охватывающих. Вселенская педагогика открывает для человека полноту знания о мире как о Вселенной. Это реальность мира, раскрывающаяся в полноте времен - прошлого, настоящего, будущего.

Человек живет в настоящем, двигаясь из прошлого в будущее. Настоящее уходит, превращается в прошлое. Уходят в прошлое детство, юность, уходят родители, близкие, друзья. Но прошлое остается частью полноты Вселенной. Там, в прошлом - великие деяния, создавшие нашу страну, и святые люди, послужившие Богу и ближним. Из своего настоящего мы обращаемся к ним, учимся у них верности Богу и святой жизни. Двигаясь в будущее, мы стремимся к ним - послужить Богу, ближним и Отечеству по их примеру и верим, что встретимся с ними в жизни будущего века.

Вселенскую педагогику нужно отличать от глобальной педагогики, которую сегодня так пропагандируют либералы. Глобальная педагогика ограничивает человека миром его земных возможностей в пределах индивидуальной жизни. Якобы его задача - успеть взять от жизни все в этом коротком промежутке времени, который называют «современностью». А для этого в процессе образования нужно познакомиться со всем тем, что этот мир может предложить, и освоить способы, посредством которых все это можно попробовать, заполучить, присвоить. И что от педагогики требуют сегодня? - Дайте нам самые эффективные способы, чтобы мы успели получить как можно больше за этот короткий промежуток времени, который нам дан для жизни на земле. А дальше уже дело самого человека, у кого как получится. - Кто-то успеет больше, и тогда он успешный человек, а кто-то совсем ничего не успеет, и тогда он проиграл в этой гонке жизни. Вот и вся цель глобальной педагогики. Глобальной она называется потому, что в ней идет речь о мире, помещающемся на поверхности нашей планеты - на глобусе. Глобальные потребности не связаны ни с какой отдельной частью глобуса, не могут быть ограничены пределами какойто одной страны или цивилизации. Поэтому от образования требуют мультикультурализма - человек глобального мира хочет научиться потреблять все, что есть в современности, получить доступ к культуре любой страны, представленной на глобусе.

- Да, вот и получается, что глобальная педагогика ведет человека в мир потребления. Цель и ценность глобального образования - потребление. Человек-потребитель - его антропологический идеал. Нет, даже не идеал, а модель: антропологическая модель. Понятие «идеал» употреблял Кант, когда хотел подчеркнуть запредельность, высоту и совершенство цели, выходящей за пределы непосредственных потребностей человека. Например, он говорил об идеале волевого действия - святая воля: это воля, которая, забывая о себе, всегда руководствуется благом другого человека, общим благом. На языке христианства - это жертвенность. Образ ее дал Сам Христос в Своей земной жизни. Это настоящий идеал. А потребление - какой же это идеал? Это вот именно круг непосредственных потребностей, в которые современное так называемое «образование» замыкает человека, отлучает его от идеалов и высших ценностей. «Человек потребляющий» - это антропологическая модель глобалистского образования, которое почему-то присвоило себе название современного, то есть единственно отвечающего духу времени, в котором мы сейчас живем. Глобалисты говорят: быть современным, идти в ногу со временем, значит - воспитывать вкус к потреблению, быть грамотным потребителем. Так бывший министр образования Ливанов и сказал: наша задача - воспитать грамотного потребителя, то есть современного человека.

 - Вот и о современности хотелось бы поговорить особо. Что же такое - современный мир?

- Русское слово «современность» обращает нас к смысловой интуиции времени. Современность - это что-то про время, со временем. Современный мир - это мир, у которого какие-то особые отношения со временем. На английском языке это «modernworld» - слово происходит от латинского слова modernus, от modo - недавно, только что. На латыни нет смысловой переклички со словом «время». Палитру восприятия слова всегда дополняют смыслы сходных по звучанию слов: modus - мера, предел, граница, образ, способ. И еще модератус - умеренный, благоразумный.

По смыслу получается что-то вроде этого - способ жизни, умеренной и благоразумной, появившийся «только что», недавно.

Идея модерна появилась в XVII веке, в огне потрясений, которые в наших учебниках по истории описываются как «ранние буржуазные революции». Учебники концентрируют внимание на политических и экономических преобразованиях, на технической революции. В англоязычной же научной литературе большое внимание уделяется смене антропологического образа. Можно сказать, что это была европейская антропологическая революция - возникал новый человек. Идея нового человека была ясно декларирована, и большое значение в его появлении отводилось новому образованию. Им стал рациональный человек, разум которого ставился на службу его земному преуспеянию. Христианство не отвергалось, но должно было стать умеренным и благоразумным - таким, которое не мешает земным радостям и достижениям, но дополняет их еще и обещанием индивидуального бессмертия.

В науке этот процесс называется «секуляризацией» - достояние Церкви отнимается в пользу светской власти, светского общества. Можно говорить о секуляризации разума человеческого. В церковной традиции говорят об апостасии - богоотступничестве. Мир модерна - это мир, отступивший от Бога, апостасийный мир.

Водоразделом в этом мире стало отношение к традиции, к Священному Преданию христианства. Новый человек не должен доверять традиции. Все традиционное необходимо проверять посредством правильно воспитанного разума, - такова основная установка модерна. Можно сказать, это установка критического мышления, которая полностью меняет отношение человека к такой способности нашей души, как вера. Вера начинает восприниматься как недостоверное знание. Принято на веру - значит не проверено критическим мышлением. Для христианина же вера - это способность души воспринимать Божественное Откровение. В основе Священного Предания - не открытия человеческого разума, а Откровение Бога и внимающий ему сокровенный сердца человек в нетленной красоте кроткого и молчаливого духа, что драгоценно пред Богом(1Пет. 3, 4).

Сокровенный сердца человек, воспитанный во Вселенской Церкви, по замыслу авторов модернизации, должен исчезнуть и уступить место новому человеку, ориентированному на земной успех, рациональному и благоразумному. Мodernworld решительно утверждает себя как мир, способный пересоздать человека и утвердить совершенно новые условия его существования.

В идеологии глобализма современный мир - modernworld - это новый мир. Это мир, свободный от пут истории, мир, порывающий с прошлым и открытый будущему.

Однако идея новизны не нова в истории. Мoderni - так называли в Римской империи христиан. Возможно, именно они наполнили смысловое пространство мoderni переживанием беспрецедентной новизны совершившегося «только что». Христиане в том мире стали новыми людьми. Христианство вообще - это новое слово о человеке. Это всегда новое. Господь говорит - се, творю все новое(Откр. 21, 5). Христианский завет - это Новый Завет. Человек, последовавший за Христом - это новый человек.

И вот эти новые люди - в Римской империи их называли moderni - они были иными, они жили иначе - это был другой образ жизни. Но не просто другой. - В нем, удивительно притягательном, многие узнавали что-то давно утраченное, но родное и естественное. Как будто закон жизни христиан был написан в сердце у каждого человека, и эти новые люди учили читать его и превращать в основание жизни. Вот известная история со св. Пантелеимоном. Как он стал христианином? Был добрый знатный римский юноша, учился на врача. Увидел человека, старца, - и тот поразил его своими поступками, речью, манерой общения. Присмотрелся к образу жизни - и был поражен еще больше: «Кто ты такой, что так живешь?» - «Я христианин». - «Научи меня своей вере, я тоже хочу так жить». И св. Пантелеимон последовал за новыми людьми, стал одним из них.

Достоинство христиан отвечало ценностям римской доблести, унаследованной от отцов (патри), составившей славу Отечества (патриа), но утратившей силу определять реальную жизнь римлян. Доблести и предания отеческие превращались в мечту о прошлом, но утрачивали власть над будущим. Будущее римского мира оказалось во власти стихийных сил, стало игралищем мощных человеческих страстей.

Христиане - moderni - как будто запускали время в немыслимую пространственно-временную петлю: то, что было прошлым - доблести и предания отеческие - становилось властно зовущим будущим, обновленным, но узнаваемым и родным. Новые люди возвращали силу и власть отеческих доблестей их потомкам. В римском мире христианство совершало то же, о чем пророчествовал пророк Михей народу Ветхого Завета, что по пророчеству ангела совершал св. Иоанн - Предтеча и Креститель Господень: детям возвращались сердца отцов, непокорные обретали образ мысли праведников (см. Лк. 1, 17).

Когда я говорю и размышляю о современности, я всегда держу в уме и сердце захватывающий образ преображения христианством древнего мира. Пушкин хорошо сказал о нем: величайшее событие истории есть христианство. В сей священной стихии исчез и преобразился мир1 [1См.: Заметки о русском дворянстве /Пушкин А. С. Собр. cоч. в 10 т. М., 1982. Т. 6. С. 459. Пер. с фр.].

Я различаю в современном (modern) мире два модуса (modus) его бытия: мир модерна и мир настоящего. Мир модерна пытается сузить горизонт настоящего, превратить его в точку «здесь и теперь» (modo). Прошлое отсекается, информационное пространство превращает его в мифы, анекдоты, авантюрные романы или идеологические стереотипы, полезные здесь и теперь. Будущее перемещается в виртуальный мир. Но настоящее - это не точка разрыва полноты времен, это мир, возрастающий из точки превращения прошлого в будущее.

Мир настоящего - это настоящий мир. Доверяя родному, мудрому и могучему (могущему открывать смыслы) русскому языку - услышим правильно: подлинный, истинный мир. Мир, каков он есть. Настоящее время - это время полноты времен, в нем свернуто прошлое и будущее. Пушкин очень хорошо назвал христианство событием. Это событие не осталось в прошлом. Это настоящее событие - оно продолжается как настоящее, современное всякому времени.

 - И тогда история становится живой. Есть два восприятия истории. Глобалистом история воспринимается только как прошлое. Действовавшие в прошлом люди умерли, их нет, важны только земные плоды их деятельности, которые достались ему как наследство. Тогда и будущее воспринимается как поле своевольной деятельности. Доставшийся капитал дает возможности для самоутверждения и самореализации.

Если ты историю воспринимаешь как живую ткань, сотканную из деяний людей, каждый из которых ушел в вечность с духовными плодами своей жизни, оставив на земле потомкам ее земные плоды, то и наследие ты воспринимаешь как завещанное. Ты имеешь на него право только в той мере, в какой сумел исполнить повеленное теми, кто его тебе оставил.

Твоя собственная деятельность определяется заветом времен. Прошлое и будущее связаны воедино. Те, кто ушел, - они оставили тебе наследство и ждут тебя в будущей жизни. Здесь разница: ты живешь в истории или только пользуешься ее плодами, не умея их преумножать. Так дети живут тем, что доставляют родители. Не будет родителей - они останутся ни с чем. Ты взрослый тогда, когда живешь исторической жизнью твоего народа, умеешь преумножать богатство его культуры.

Настоящее всегда превращается в прошлое. Люди, живущие в настоящем, всегда уходят в прошлое, и в нем историческое время смыкается с будущим, к которому стремимся и мы. Тот, кто остался в прошлом, оказывается в нашем будущем, ожидая нас в вечности. Там, в будущем, нас встречает история нашего народа, все те, к кому мы с любовью обращались, вглядываясь в прошлое. Настоящее соединяет в себе прошлое и будущее. Живите настоящим, значит, живите во времени перед лицом вечности.

 

ЧАСТЬ ВТОРАЯ

 Мы продолжаем нашу беседу на тему, заданную для Рождественских Чтений 2017 года применительно к проблемам современного образования. 1917-2017: итоги столетия. Что представляют собой сегодня эти итоги для нашего образования, которое уже скоро как 20 лет непрерывно «модернизируется»? Какими мы хотим видеть его перспективы в ближайшем будущем? Я думаю, мы хотим, чтобы в ближайшее время к нам вернулось настоящее образование. Мы говорили о разности «современного» и « настоящего», суть различия открывает нам родной язык, в котором «настоящее» - это не только время между прошлым и будущем, но сама подлинность и полнота бытия. Настоящим для нас, русских, всегда остается христианство, это событие, современное всякому времени. В этом со-бытии - истоки русской веры в вечную непобедимую преображающую силу добра и конечное торжество справедливости

 Наще образование непрерывно «модернизируется» под давлением апостасийного глобального проекта. Его когда-то скрытая, а сегодня свершено ясная цель - пересоздание человека, уничтожение духовной вертикали, вообще системы жизненных координат.

Русская весть о смысле и милосердии органически связана с христианским благовестием о спасении и преображении человека. Наши традиционные ценности имеют своим истоком духовную жизнь человека, принявшего весть о Богосыновстве и Богочеловечестве. Антропологический идеал русской цивилизации - человек становящийся. Стремление к высшему совершенству как стояние в правде определяет жизнь человека в полном соответствии с греческим словом «антропос» - устремленный вверх, прямо стоящий. Духовное становление в отрезке земной жизни - базовый антропологический процесс, которому подчинены задачи развития, - а именно они сегодня составляют главную цель образования.

Проект глобальной цивилизации декларирует отказ от образа (Ж.П.Сартр), манифестируя «открытость будущему», эволюционный прорыв человека за пределы исторически удостоверенных традициями образов человечности в дерзкой трансгуманистической перспективе. В современной философии, однако, достаточно четко описан антропологический шифр глобального проекта. Это - «человек потребляющий» (Ж.Бодрийяр). Глобализм как идеология изымает из человека образ совершенства как внутренний принцип самоорганизации и замыкает его в круг потребностей, продуцируемых системой общественного производства. Закон, сформулированный К.Марксом как закон коммунистической формации - все более полное удовлетворение все более возрастающих потребностей человека - на деле оказывается законом глобального проекта, с существенным уточнением: не для всех.

Антропологическая модель глобального проекта, или, как его ещеназывают «проекта Модерн - это «современный человек», т.е. человек-потребитель. Антропологический же идеал отечественной цивилизации - это «настоящий человек». Духовный смысл отечественной цивилизации - утверждение в непрерывности поколений облика «настоящего человека».

Мир модерна - это не весь современный мир, это его часть, которая оккупировала настоящее и стремится вытеснить его. Идея новизны стала главной в революционных преобразованиях общества, которые потекли непрерывной чередой. Сегодня уже относительно модерна совершается антропологическая революция - нового названия не придумали, назвали просто: постмодерн. Но по сути мы имеем единый процесс - идею пересоздания Вселенной, сжатия ее в пределах глобуса. Происходит оккупация истории, что стало особенно заметным в постмодерне. Модерн учил видеть в истории прогрессивное развитие, а себя - венцом этого развития. Постмодерн смотрит на историю как на свою собственность и заявляет свое абсолютное право свободно пересоздавать ее - «интерпретировать» под свои задачи.

 - Вот это надо поставить в центр внимания, - революция меняет не только политические и экономические условия, но прежде всего цели, смыслы жизни, все бытие человека. Революция - это всегда апостасийное движение - отрыв от Христа и отрыв от вечной жизни. Русская революция совершилась, когда Россия была динамически развивающимся государством. В России к 1917 году сформировался очень высокий уровень потребления, среди элит особенно. Революция ведь совершилась под знаком потребительских стремлений народа - хотим потреблять так же, как элиты. На этой волне был выдвинут идеал нового человека, весь круг интересов которого ограничен земной жизнью. В облике советского человека причудливо переплелись черты потребителя и черты русского человека, воспитанного на идеалах христианства. Жертвенность, героизм, желание служить благу людей и всего человечества, - это все черты нравственного облика христианина. Но вирус апостасийной идеологии рано или поздно разрушает нравственные устои личности. Если человек смертен, если нет вечной жизни, - обязательно, рано или поздно, возникнет общество потребления. Потому что человек, зная, что все ограничено временем его земной жизни, будет стремиться все успеть, все попробовать, достичь успеха в земной жизни любой ценой, любыми средствами. К системе образования он с одним только запросом будет обращаться - обеспечить эту успешность любыми средствами.

- Советский период в образовательном плане вдохновлялся идеей формирования нового человека на базе индустриализации, коллективизации и культурной революции. Идея нового человека, заимствованная из арсенала антропологической революции, совершающейся в западнохристианской цивилизации с середины XVII века, означает человека апостасийного, отказавшегося от евангельского обетования вечной жизни с Богом и направившего цивилизационное строительство к целям земного благополучия.

Почему в первую очередь в России с лица земли стали стираться православные храмы и монастыри? Почему одним из самых гонимых стало сословие церковнослужителей и верующие люди? Почему первый декрет советской власти был декретом «Об отделении Церкви от государства и школы от Церкви»? Почему и в наше время православная культура и православная традиция практически не нашли себе места в образовательном пространстве?

Потому что сознательно была поставлена стратегическая задача выработать новый антропологический код цивилизационного развития России, и она до сих пор не снята с повестки дня.

Необходимо было уничтожить носителей и хранителей антропологического идеала русской цивилизации, возвести непроницаемую стену вокруг источника света, освещающего путь к этому идеалу для каждого, пожелавшего следовать ему.

Между тем все значительные цивилизационные прорывы и достижения советской школы при ближайшем рассмотрении оказываются связанными с принятием в качестве регулятивных идей тех или иных аспектов антропологического идеала русской цивилизации. Стремление к сверхзадачам и большим историческим целям, готовность служить людям и Отечеству, братство и дружество, доверие к творческому потенциалу ученика и учителя, - это узнаваемые черты типа человека, явленного всей полнотой русской истории.

Но апостасийный характер советской идеологии замыкал человека в узкий горизонт земных интересов и потребностей. Русское прошлое было отсечено 1917 годом, а светлое будущее - сверхзадача борьбы и свершений - помещено в идеальном пространстве мечты.

Динамику духовной жизни советской эпохи определяло внутреннее противостояние двух антропологических идеалов. В сознании советского человека вечный человек христианского Благовестия встречался с мятежным борцом и преобразователем мира. Для человека, ограниченного горизонтом земного бытия, мечта о светлом будущем трансформировалась в потребительский рай. А в ситуации геополитической конкуренции с западной цивилизацией модель человека - «героического борца за потребительский рай» - проиграла модели «человека потребляющего».

В России весь ХХ век продолжается единый процесс изменения облика русской цивилизации и ее антропологического идеала, выработанного на основе христианского Благовестия.

В постсоветскую эпоху модель человека-потребителя стала маяком цивилизационных процессов оформления «глобальной цивилизации» по образцам западного мира. У этого процесса не было бы альтернативы, если бы люди не почувствовали, что потребительская цивилизация отнимает у них сам человеческий облик, расчеловечивает их. Освобожденная из идеологической тюрьмы Церковь четко засвидетельствовала, что идеал вечного человека, дарованный в Благовестии христианства, обладает и сегодня властью возвращать впадшего в иллюзии земного рая и порабощенного своими собственными страстями человека к его вечному предназначению жить в духе, свободе и любви.

Многонациональный народ России сочувственно отозвался на слово о вечном призвании человека, и сегодня можно говорить о формирующемся желании народа строить жизнь на основе традиционных ценностей, выработанных в процессе исторического развития многонациональной России при державном водительстве русского народа.

Вернуться в Россию - значит, опираясь на тысячелетнюю историю Отечества, создавать в новых условиях современности преемственные формы образовательных практик, обеспечивающие освоение реальных, живых ценностей, проистекающих из антропологического идеала нашей цивилизации, хранимых в цивилизационной традиции России и передаваемых от поколения к поколению.

 - Нам сегодня не только в образовании, а вообще в культурном строительстве, в жизнестроительстве важно понять, увидеть, что Россия в этом апостасийном процессе обогнала Запад на 100 лет. Там шли апостасийные процессы с XVII века, но Россия в 1917 году вырвалась на 100 лет вперед и полностью преобразовала идеологию в своем порыве построить земной рай. Когда сегодня пытаются взять за основу советский идеал, забывают, что это новый апостасийный (безбожный) человек, который не имеет перспективы вечной жизни, и он рано или поздно превращается в человека-потребителя. Откуда все беды перестройки? Почему советский человек совершил это безумие разрушения? Потому что он внутренне уже был человеком-потребителем. Он хотел потреблять, но не имел возможности. Образ человека-потребителя уже завладел им. И он захотел построить свою жизнь на основании этого образа - образа общества потребления. Поэтому советские люди, именно выпускники советских школ, живущие вот этой только земной жизнью, они разрушали все хорошее в нашем Отечестве для того, чтобы создать общество потребления, и они достигли больших успехов. Поэтому мы видим, что сегодня для многих Европа стала родным домом, да и в России уже все направлено на то, чтобы формировать человека потребляющего. И сюда переориентировали все, на это переориентировали систему, переориентировали мировоззрение, переориентировали все антропологические основания жизни человека. Не произошло никакого возвращения к историческим основаниям жизни России, состоялось просто переформатирование человека, желающего потреблять, в человека потребляющего.

- Наша страна уже скоро тридцать лет постсоветской эпохи движется одновременно в двух разных модусах современности: включается в процессы апостасийной глобальной цивилизации и, вместе с тем, стремится построить свой суверенитет.

Вот так Стратегия национальной безопасности 2015 года, принятая в декабре, - новейший документ - определяет национальный интерес России: обеспечение суверенитета, государственной и территориальной целостности Российской Федерации, сохранение и развитие культуры, традиционных российских духовно-нравственных ценностей; качество жизни, здоровье, демографическое развитие народа, закрепление за Российской Федерацией статуса одной из лидирующих мировых держав, деятельность которой направлена на поддержание стратегической стабильности и взаимовыгодных партнерских отношений в условиях полицентричного мира.

Полицентричный мир - важная формула, посредством которой становится возможной «разборка» (в современной философии скажут «деконструкция») идеологии глобальной цивилизации. Ограничиваются ее претензии на единственность и универсальность. В мире открывается пространство, где становится возможной дискуссия о ценностях, смыслах, мировоззрении. В конечном итоге - о человеке, о том, кто он такой, откуда он пришел и куда идет.

Сохранение традиционных духовно-нравственных ценностей в Стратегии национальной безопасности заявлено как национальный интерес России. Ценностный суверенитет, духовный суверенитет России - вот важная задача. Кто-то будет спорить, что центральное место в решении этой задачи занимает система образования? Прежде всего именно она должна быть настроена на создание условий для передачи традиционных ценностей новым поколениям.

А что мы видим в реальной образовательной практике? Приоритет традиционных ценностей декларирован в одном из документов Федерального Государственного образовательного стандарта общего образования (этот документ называется Концепция духовно-нравственного развития и воспитания личности гражданина России в системе общего образования. Но только декларирован. До сих пор не разработаны реальные механизмы исполнения этих деклараций. И никто пока не собирается это делать на федеральном уровне: декларация появилась аж в 2009 году - времени более чем достаточно прошло, чтобы запустить реально работающие механизмы ее реализации. Наоборот, в педагогической повседневности с поразительной скоростью включаются механизмы, разворачивающие наше образование в сторону обслуживания глобальной цивилизации. Именно на ее идеях построен новейший масштабный документ, определяющий сегодня все практические шаги в реформировании образования - Концепция Федеральной целевой программы развития образования в РФ на 2016 - 2020 гг.). Реформированное образование якобы должно обеспечить в России производство человеческого потенциала для глобальной производственной системы.

Таким образом, заявленная на правительственном уровне стратегическая цель образования входит в кардинальное противоречие с национальными интересами России на долгосрочную перспективу.

Я думаю, что разработчики документа - этой целевой программы - допустили кардинальную ошибку: они взяли курс на достижение суверенитета в глобальном мире. Но тут противоречие в определении. Проект глобальной цивилизации по определению не предполагает никаких суверенитетов. Все национальные суверенитеты должны быть отменены, и все население глобуса подчинено единому управляющему центру планеты.

Надо не к суверенитету в глобальном мире стремиться, а выходить из него во Вселенную. Даже не выходить, а взлетать. Мне сейчас пришел на ум образ из нашего старого фильма «Экипаж» - землетрясение в горах, все вокруг горит, взлетная полоса начинает рушиться, - и из огненного смерча взлетает самолет, покидая юдоль смерти. Ведь цивилизационная модель глобальной цивилизации находится в глубоком кризисе, необходимо искать новые цивилизационные пути.

 - Апостасийное развитие Европы достигает своей кульминации. Те беды, которые обрушились на Россию в 1917 году, еще ждут Европу, вообще западный мир. Потому что там апостасийное развитие приходит к своему логическому завершению. Человек не знает, как быть, как жить в таких сложных обстоятельствах, которые там возникли. А путь один - необходимо вернуться к Богу, вновь увидеть себя как человека, спасенного Христом и возвращенного Им к вечной жизни. Только такой человек сможет остановить этот маховик потребительской цивилизации. Тогда в своей земной жизни человек будет стремиться не потребить все, а подготовиться к вечной жизни.

- Единственное, что нужно здесь успеть верующему человеку, - исполнить повеленное Богом, познать Его закон через исполнение заповедей. «Формула успешности» для верующего человека - это первый псалом Давида: Блажен муж, иже не иде на совет нечестивых... в законе Господни воля его, и в законе Его поучится день и нощь(Пс. 1, 1-2).

 - Блажен муж... Речь о блаженстве, при чем тут успешность?

- Есть ведь такая строфа: и будет яко древо, насажденное при исходищих вод, еже плод свой даст во время свое, и лист его не отпадет, и вся, елика аще творит, успеет(Пс. 1, 3). Господь ведь обетование дает, что если по Его закону человек живет, то земное его поприще завершено будет добром. Успеет он сделать доброе, от Бога данное. Не нужно спешить, заботиться о земном - это приложится. Успех - не та ценность, к которой следует стремиться. Это просто Божие воздаяние человеку добром за верность Ему.

Русский человек, как видится, пока эту божественную «формулу успешности» не принял как основу для действия. Его воображение продолжают волновать облики земного величия.

К вопросу о суверенитете в глобальном мире. Патриотически ориентированная часть общества совершенно справедливо обеспокоена тем, чтобы создать в медийном пространстве позитивный образ Отечества, пытается найти точки опоры в нашем прошлом, на которых можно строить наш цивилизационный суверенитет. Назовем его так: цивилизационный, т.е. не только суверенитет государства, но и духовных перспектив жизни людей, культурообразующих ценностных ориентиров, которые этим государством поддерживаются и защищаются.

Какие же эпохи нашей истории берут за образец? Эпохи успешного государственного строительства. Вот советская эпоха, когда мы были сверхдержавой, вторым полюсом биполярной структуры, на которой держался мир. Вот имперская Россия. Екатерина Великая говорила: без нас ни одна пушка в Европе выстрелить не смела. Эпоха Московского царства. В учебниках ее величие до сих пор принижается, школьники не в состоянии оценить мощи ее государственности, глубины ее культуры. Но вот дневниковые записи одного из бойцов войска Стефана Батория, осаждавшего Псков: «Какой большой город! Он больше, чем Париж!» И это об одном из не самых больших городов Руси того времени. Какое же впечатление производила Москва? Вот оценка Макария, антиохийского Патриарха, посетившего Московское царство в XVII веке: он оценивает государство как «великое» и говорит, что это величие - награда за благочестие народа.

«Вернуться в Россию» - так называется замечательная книга Леонида Петровича Решетникова1 [1 Решетников Л. П. родился 6 февраля 1947 г. В 1970 г. окончил исторический факультет Харьковского государственного университета. С 1971 по 1974 г. обучался в аспирантуре Софийского университета (Болгария). В 1974 г. защитил кандидатскую диссертацию. С 1974 по 1976 г. работал в Институте экономики мировой социалистической системы АН СССР. С апреля 1976 г. по апрель 2009 г. - во внешней разведке. Последняя должность - начальник информационно-аналитического Управления Службы внешней разведки РФ, член коллегии СВР, генерал-лейтенант. С 2009 г. по 2016 г. - директор Российского института стратегических исследований]. Вернуться в Россию - это ориентир и для нас, для работников культуры, образования. Решетников говорит в своей книге не о земном величии. Он в ней говорит о верности даже до смерти. О тех людях, которые оставались верны заповеди блаженства: не идти на совет нечестивых, не стоять на пути грешников, не восседать на седалищи губителей (Пс. 1, 1). Он пишет о скорбных страницах нашей истории, но скорбь эта обращается в радость, потому что они устояли, и память о них жива, и, ушедшие в прошлое, они встретят нас в нашем будущем, если мы, как и они, сохраним верность Богу.

Нам необходимо возвращаться не к какой-то определенной эпохе земного величия русской государственности, а в Священную историю. Русская история совершалась всегда как часть Священной истории. Московский современный исследователь Александр Николаевич Ужанков прекрасно показал в своих работах, что представляют собой русские летописи до XV века. Это книги, которые писались на Страшный суд. Их писали монахи. Писали о деяниях русских князей. История описывалась как деяния людей, каждый из которых предстанет перед Богом. Историческое сознание русского человека было укоренено в Священной истории.

В послепетровскую эпоху это сознание начали круто изменять. Историю повернули к земной успешности. Она стала историей строительства великого государства. А для верующего человека великое государство - это не его успех, это награда за верность, это плоды древа, насажденного у источника вод. Забота верующего человека должна заключаться в том, чтобы не уходить от источника, и тогда древо принесет плод во время свое. Такова библейская концепция власти. Так русский человек всегда жил. Всякий русский человек нес свой крест. Крестьянин - прилежно землю пахал, хлеб сеял и собирал, священник - службу Божию совершал непорочно, князь - землю оборонял, народ защищал, царь - и государство строил и оборонял, и о народе заботился. И каждый - правду Божию соблюдал. Надо вернуться не к какому-то конкретному историческому образцу: имперской ли России, царской России московской - надо вернуться в Священную историю. И тогда мы получим, как плоды воздаяния за верность Богу, все лучшее из возможного. Конечно, хотелось бы взять все лучшее из прошлых эпох, а все плохое оставить, но земной путь немыслим без скорбей.

Святейший Патриарх Кирилл совершенно справедливо говорит, что пора перестать противопоставлять друг другу эпохи нашей истории. В каждой из них есть то золото, которое можно взять с собой в будущее. Это исключительно верно, потому что перед нами - единая история нашего многонационального народа России, скрепляемая державным служением русского народа. Народа, который больше чем нация, потому что он живет не только в земной истории, но и в Священной истории Вселенной. Есть такие слова «наши мертвые с нами в едином строю». И это так и есть. Прошлые поколения всегда с нами, и поэтому мы - самый многочисленный народ в мире.

И нам сегодня важнее всего взлететь с горящего аэродрома чужебесия и повернуть свой самолет домой. Вернуться в Россию, в русскую жизнь.

 - Конечно. Но вся проблема в том, кто может это повернуть.

- Верующий человек.

 - Прежде всего те, кто его воспитать сможет, - священство. Вот почему каждая революция в первую очередь уничтожала духовенство, разрушала храмы. Священство, и в особенности монашество - это основная часть общества, которая и формировала человека, стремящегося к святости, и взгляд на историю, как на Священную историю. Восстановление этой части общества должно стать одним из стратегических направлений и в образовании, и в культуре. Потому что если не будет людей - носителей святорусских взглядов, этого духа Святой Руси, то и никто не сможет его передать.

Но надо сказать, что все общество делится на элиты и на народ. В народе тяга к духовности сохраняется сильнее. Возьмем старообрядцев1 [1 В зависимости от решения основного для раскола вопроса - об епископстве, священстве и проблеме преемства - старообрядцы разделились на беспоповцев, которые отрицали священство послениконианской Церкви, и поповцев, распавшихся в дальнейшем на общины и толки]: когда они были беспоповцами, они превратились в какие-то секты. И то же самое стало с народом, у которого отняли священство и Церковь. Народ, утратив духовное окормление, превратился в некое суеверное сообщество, почему как только стало возможным возвращение духовной жизни, в первую очередь расцвели всевозможные секты, оккультные течения, - что подтверждает внутреннюю потребность человека, его интерес к духовности, но в непросвещенной христианством части общества этот интерес сказался таким вот уродливым образом. Поэтому стратегически очень важно возвращать наше христианское мировоззрение, христианскую антропологию и стимулировать возвращение носителей этих ценностей, воспитывать их, давать такую возможность и в системе образования с помощью государственной поддержки. Слава Богу, сейчас у нас возможность появилась: и храмы строятся, и монастыри воздвигаются, и количество прихожан увеличивается, начинают расти духовные школы, предметы соответствующие появляются в светской школе. Потому что это не только личная потребность отдельного человека, это потребность восстановления святого образа Руси, святого образа человека.

- Удивительно, что духовное сословие не сгорело полностью в огне революции. Именно как сословие. А как его стремились и сейчас стремятся уничтожить! - Масштаб этой войны нам еще предстоит осознать. Репрессии - и не только репрессии, но и клевета, - методичная, повседневная, бесстыдная клевета,- которая сегодня, наверное, стала главным оружием. Важно сегодня разглядеть это сословие, понять и признать в нем обетованную Христом власть быть чадами Божиими(Ин. 1, 12). В моей жизни была и остается радость узнавания этой власти безграничного доверия к человеку. Веры в нетленность образа Божия в нас, веры в силу воскресения, подаваемую в Таинствах Церкви. И как педагог я вижу влияние этой власти на русскую педагогику. Если мы опираемся на христианские представления о человеке, то развивается такое весьма существенное качество образовательной системы, как доверие к ученику, доверие к учителю, доверие к директору, и в этом случае отпадает необходимость в тотальной, скрупулезной системе контроля. Система же контроля возникает тогда, когда человек мыслится в качестве объекта, он, как потребляющий, быстро превращается впотребляемого, и ему нет никакого доверия, его нужно точно также описать стандартом, как описываются стандартом предметы потребления. И тогда свобода и ученика, и учителя, и директора сковывается бесконечным количеством предписаний. Это сегодня стало тормозом для развития человека, для становления его в системе образования. Русская же педагогика, которая основывалась на христианском представлении о человеке, она как раз стояла на глубинном доверии. Возьмем Ушинского, он, когда пишет свои методические разработки, описывает только какие-то ключевые идеи, затем следует указание открытым текстом, что дальше учитель должен выбирать средства, опираясь на свои личные наблюдения за природой учеников. Поэтому вместо нынешнего изматывающего тестирования, которым сегодня мучают школы, развивалась культура педагогического наблюдения, и мы имеем великолепную литературу: педагогическую мемуаристику, наблюдения за учениками, педагогические поэмы, которые появляются в начале ХХ века. Это плоды русской педагогики, хотя и появляются они в советский период.

К великому сожалению, сегодня это наследие не востребовано в школе. Вместо живого педагогического наблюдения начальником контроля за результатом образования становится мертвый текст.

Еще очень важно сегодня строить культуру так, чтобы и духовенство имело возможность образовываться, воспитываться на основе Священного Предания, не попадаясь в сети рационализированых форм церковной жизни, характерных для западной цивилизации. Вопросы образования духовного сословия - это важнейший вопрос системного развития образования в России.

 - Какие же выводы мы можем сделать по итогам нашего разговора? Текущая ситуация в российском образовании представляет собой кульминацию длительного цивилизационного процесса, оформившегося через преобразование мощной государственности и культуры римского мира на началах Благовестия Христа. Сложились две христианские цивилизации - западноевропейская и русская. Мы ведь в истории неразрывно связаны. Для русской цивилизации самая важная ее черта - она хранила Церковь, Священное Предание Церкви, неизменное в веках учение Христа, которое Он Сам передал людям, проповедали народам Его ученики и апостолы, сохранили в борьбе с рациональной философией и рациональной мыслью античного мира Святые отцы. Поэтому и Церковь мы называем - Христовой, апостольской, и Священное Предание Церкви - апостольским, святоотеческим.

- Западная цивилизация рационализировала Божественное Откровение, вытеснила его в сферу интеллектуальной активности, заменила духовную жизнь умственной деятельностью и в конце концов ограничила круг интересов человека заботой о его земной жизни. Человек западной цивилизации стремится строить рай на земле в виде общества потребления, а христианское обетование вечной жизни ограничивает идеей индивидуального бессмертия (для апостасийного общества - земное бессмертие как венец потребительского благополучия). И западная цивилизация противопоставила свой рационализм Священному Преданию Церкви - так она ступила на путь апостасии, отречения от Бога и Его Откровения.

История для западной цивилизации - это уход от прошлого к новому обществу и новому человеку. Для западного человека длинная родословная важна прежде всего как капитал, дающий основание и возможность жить по своему усмотрению. Чем богаче и глубже история рода, тем основательнее капитал и серьезней возможности.

 - В русской цивилизации Божественное Откровение осталось той силой, которая удерживает единство трех составов человека - тела, души, духа - и открывает для человека перспективу усыновления (по св. Иоанну Кронштадтскому - жизнь во Христе), размыкая границы его земной жизни.

Человек русской цивилизации воспринимает жизнь как служение Богу, ближнему и Отечеству и принимает вечную жизнь как живую реальность, открывающуюся по мере исполнения им своего призвания (повеленного Богом).

История для русской цивилизации - это обетование и духовный завет, это встреча настоящего и прошедшего в жизни будущего века. В многоликой последовательности эпох непрерывно продолжается единая История народа. Всякая завершенная во времени эпоха - это люди, исполнившие повеленное (Лк. 17, 10), достойно совершившие свое земное служение, это творцы исторической действительности, связь с ними мы переживаем как духовный завет, нам предстоит встреча с ними в нашем будущем за границами земной жизни.

Западная цивилизация стремится достичь пределов земного мира, стать глобальной, охватив собой всех, ныне живущих на планете (глобус).

Русская цивилизация воспринимает мир как Вселенную, где земное и небесное живет в неразрывной связи, где пространство повседневности пронизано токами времени, берущими начало в днях творения и впадающими в вечность. Русские непобедимы, потому что, живые и ушедшие, они остаются единым народом, сражаясь в одном строю, согласно отвечают на вызовы иных цивилизаций свидетельством, обоснованным полнотой исторического бытия человечества и его предвечным призванием.

- Таким образом, для человека русской цивилизации масштабом оказывается вечная жизнь народа Божия, а для человека западной цивилизации - индивидуальная жизнь в пределах земного существования.

- Исходя из данных стратегий, каждая цивилизация поддерживает носителей своего антропологического идеала, обеспечивая их влияние на все социальные группы. На Западе это интеллектуальные элиты, продуцирующие философию, ментальные парадигмы, социальные технологии, геополитические проекты. В русской цивилизации это люди всех званий и сословий, явившие образцы нравственной жизни в соответствии с заповедями Божиими, посвятившие свою жизнь Богу, ближнему и Отечеству, созидатели и защитники веры, земли и народа, наставники в духовной жизни.

Различие цивилизаций кардинально, соединить их невозможно. Слияние будет означать уничтожение одной из них.

- Между тем в советский период отечественное образование активно стремилось переориентировать человека русской цивилизации, полагающего основу своей жизни в Небесном Отечестве, на труды во благо отечества земного, в постсоветский же период - на земное преуспеяние вот этого, ограниченного рамками земной жизни, индивида. Достижения советского образования связаны во многом с тем, что обособление страны от глобальной цивилизации позволяло воссоздавать в образовательной системе хотя бы некоторые из ценностных ориентиров, выработанных на историческом пути русской православной цивилизации. И главная из этих ценностей - само Отечество, Россия, хранившая в себе и собой являвшая нетленную красоту сокровенного сердца человека.

Результаты развития образования в постсоветский период оказались катастрофичными, поскольку его реформирование открыто и бескомпромиссно совершается под знаком вхождения в глобальную цивилизацию. Состояние образования сегодня оценивают нелестными эпитетами - кризис, катастрофа, хаотизация, на краю пропасти, не на краю даже, а на дне.

Реформаторы покусились на самый образ Отечества - они полагали, что из сердца русского человека удастся стереть его небесные черты.

 - Сегодня цель созидательных изменений в образовании очевидна. Эта цель - вернуться в Россию.

Вернуться в Россию - это значит вернуться к антропологическому идеалу русской цивилизации, помочь каждому найти путь к своему сокровенному сердца человеку.

Миссия образования - создание условий, в которых воспитывается человек - носитель антропологического идеала русской цивилизации, поддерживается и поощряется его влияние на все стороны жизни цивилизации: государственность, культуру, образование, информационное пространство, практику конфессий, повседневную жизнь. Стратегическая цель его реформирования состоит в том, чтобы настроить всю систему образования на достижение цивилизационного суверенитета России.

Вернуться в Россию - это значит всем народом вернуться в историческое бытие в пространстве Вселенной и времени Священной истории, где наши великие предки, созидатели и хранители Святой Руси, станут нам соратниками в созидании настоящего и встретят нас в Небесном Отечестве за пределами земной жизни и земной истории.

Источник