25 июля 2020 г.
Спрашивает: Наталья
Здравствуйте! В книге "Путь к совершенной радости" Пестова Н.Е. нашла такие строки: "Характер служения Господу в том мире является как бы продолжением земного поприща святого. Так, врач-целитель великомученик Пантелеймон продолжает оставаться целителем и после своей мученической кончины. Святитель Николай, будучи на земле, отличался необычайной отзывчивостью на нужды всех скорбящих, в бедах сущих, путешествующих и многих других. Таков же образ его остается и при служении в Царстве Небесном". Скажите, пожалуйста, следует ли из этого, что те люди, которые окажутся в Царствии Небесном, продолжат заниматься той деятельностью, что здесь, на земле?
Отвечает: Игумен Даниил (Гридченко)
Здравствуйте, Наталья! Человек в вечности не есть нечто оторванное от своего земного существования. И рай, и ад начинаются уже здесь на земле, в душе человека. Царствие Божие внутрь вас есть (Лк.17:21). Но речь в данном случае о духовном, о внутреннем мире человека. И было бы наивно прямо сопоставлять земную реальность с тою, что за нею последует. В воскресении ни женятся, ни выходят замуж, но пребывают, как Ангелы Божии на небесах (Мф.22:30), - по слову Евангелия. Как святые, вами упомянутые, так и всякий человек не теряет в вечности свои характерные особенности. Однако, коль скоро, уподобляясь ангелам, он теряет в вечности свои родственные связи, или же преобразует их, то, тем более отпадает нужда в его земной практической деятельности. В сущности труд на земле – наказание его за адамово преступление, - в поте лица твоего будешь есть хлеб, доколе не возвратишься в землю, из которой ты взят, ибо прах ты и в прах возвратишься (Быт.3:19).Также и в отношении святых о земной деятельности говорить можно лишь до тех пор, пока земля существует. Далее по слову апостола, - не видел того глаз, не слышало ухо, и не приходило то на сердце человеку, что приготовил Бог любящим Его (1Кор.2:9).