Предстоятель
Встреча с Православием
Слово пастыря
Хроника монастырской жизни
Статьи
Праздники
Монашество
Святая гора Афон
Монашеские конференции
Духовная жизнь
Месяцеслов Воскресенского монастыря Нового Иерусалима
О Новом Иерусалиме
Вести Святой Земли
Документы
Издания
От него исходил благодатный свет. О преподобном Гаврииле (Ургебадзе)
Преподобноисповедник Гавриил (Ургебадзе)

Доклад епископа Цалкинского Григория (Грузинская Православная Церковь) наконференции «Преемство монашеской традиции в современных монастырях» (Свято-Троицкая Сергиева лавра. 23–24 сентября 2017 года)

Согласно Святому Преданию, после Вознесения Спасителя Его ученики бросали жребий, кому и куда предстоит идти на проповедь Евангелия. Пресвятой Богородице досталась Иверия, но Господь через ангела велел Ей остаться в Иерусалиме, а вместо Себя отправить в Грузию апостола Андрея. Апостол Андрей отправился в Иверию с Симоном Кананитом и Матфием. Они проповедовали Евангелие, рукополагали священников, основывали первые христианские общины. В начале IV века святая Нина по благословению Богородицы приходит в Иверию и обращает ко Христу царя Мириана III и весь царский двор, что делает христианство государственной религией Грузии. В середине VI века ассирийские отцы, тоже по благословению Божией Матери приходят  в Грузию и основывают монастыри, действующие до сих пор. Именно с ассирийских отцов начинается грузинское монашество, которое связано с такими духовными центрами, как Палестина, Афон, Синай, Каппадокия, Антиохия и Александрия. Был период, когда при святой царице Тамаре в Иерусалиме и Палестине грузинам принадлежало свыше двадцати церквей и монастырей.

Однако после арабского, монгольского, османского и персидского разорения Грузии монашеская жизнь приходит в упадок. Последний оплот грузинского монашества в зарубежье – Иверский монастырь на Афоне продержался до ХХ века. Но и оттуда были изгнаны грузинские монахи, которые вынуждены были приехать на родину, но уже в советский период, и находились под жестоким гнетом и неусыпным контролем властей.

Именно в такое время, когда открыто исповедовать веру было запрещено, монастыри были закрыты, а монахи становились либо сторожами при храмах, либо работниками сельхозартелей, и родился отец Гавриил − 26 августа 1929 года. Когда умножился грех, стала преизобиловать благодать.

На нем, как бы на единственном звене из непрерываемой цепочки святых,  сошлись благодатные дары и добродетели, из века в век передаваемые монахами следующим поколениям. Поэтому в нем мы видим молитвенника и аскета, исповедника и целителя, мученика и проповедника, Христа ради юродивого и печальника за многострадальную родину и весь христианский мир.

Родился он в Тбилиси недалеко от храма святой Варвары. Детство было трудное, в раннем возрасте мальчик потерял отца и поэтому близкие называли его именем родителя – Васико. Васико окончил шесть классов  школы. Еще с детского сада он отличался молчаливостью, садился в угол и из спичек строил церквушки. Это было его единственным занятием. Как-то Васико был свидетелем громкого разговора между соседками. Одна кричала другой: «Не распинай меня, как Христа на кресте!» Удивленный Васико спросил: «А за что распяли Христа?» Никто не  смог ему ответить, посоветовали пойти в церковь, которая была закрыта. Сторож тайно открыл церковь и показал Распятие Христа мальчику, а тот с большим благоговением преклонился перед Крестом. После  сторож посоветовал Васико почитать историю Христа. Он стал собирать деньги, с Божией помощью приобрел Евангелие и стал изучать Святое Писание.

Жестокий режим, страшная эпоха и напряженная атмосфера в стране − наверное, всем этим объясняется то, что мать старца Гавриила Варвара,  боясь потерять сына, умоляла его жить обычной жизнью и противилась его стремлению к Богу. Он решил уйти из дома. С этого времени началось путешествие из монастыря в монастырь, из церкви  в церковь. Тысячелетние обители были закрыты, а монахи числились сторожами, либо прятались у благочестивых христиан. В монастыре Бетания он познакомился со своим старцем Георгием (Мхеидзе), ныне прославленным в лике святых, который был учеником изгнанных с Афона подвижников.

Когда его призвали в армию в Батуми, он зашел в храм и пред иконой Николая Чудотворца долго молился, прося дать ему больше времени для посещения церкви. Божия милость не заставила себя ждать: его назначили почтальоном, появилась возможность по окончании поручений посещать церковь. В среду и пятницу он постился, жалуясь на боли в желудке. Священник тайно причащал его в алтаре. Так он провел воинскую службу, сочетая армию с церковью. С окончанием службы семья стала заботиться о  его женитьбе. Дабы расстроить семейный замысел, он добровольно явился в психиатрическую больницу, чем очень удивил врачей. В то безбожное время проповедники учения Христа были гонимы, его сочли душевнобольным и отправили домой под присмотр матери. К этому времени он приступил к строительству церкви у себя во дворе. Иконы для церкви отец Гавриил находил на городских свалках, куда в те годы свозили и выкидывали вместе с мусором многочисленные святыни. Иногда он целым  днями бродил по свалкам.  У него была небольшая мастерская, где он очищал иконы и делал им оклады из разных материалов. Даже фотографии и изображения икон из светских газет и журналов он помещал в рамочки.

По благословению патриарха Мелхиседека преподобный был сторожем и чтецом в Сионском соборе Тбилиси. В январе 1955 года он был рукоположен в диакона. В феврале того же года в монастыре Моцамета он был пострижен в монашество с именем Гавриил в честь преподобного Гавриила Афонского Иверского. 26 февраля в соборе Петра и Павла епископ Гавриил (Чачанидзе) рукоположил его в сан иеромонаха. С 1955 по 1960 год он служил в Сионском кафедральном соборе. С 1960-1962 года − в монастыре Бетания, после упокоения его старца. Когда монастырь закрыли, вернулся в Тбилиси, где до 1965 года служил в храме Пресвятой Троицы.

В 1965 году 1 мая, в день солидарности трудящихся, произошло событие, которое потрясло всю страну. Отец Гавриил облил керосином и поджег двенадцатиметровый портрет Ленина, водруженный на здании Совета Министров, за что был избит разъяренной толпой. Полуживой, с восемнадцатью переломами, он был арестован за «антисоветскую деятельность» и доставлен в следственный изолятор КГБ. На допросе от него требовали признания, что его поступок был совершен по приказу высшего церковного руководства; отец Гавриил отказался, и объяснил причину своего поступка тем, что поклонения достоин только Бог, а не человек. Длительные пытки и угрозы смерти не изменили его показаний.

На допросе отец Гавриил заявил: «Причина заключается в том, что нужно поклоняться Христу, а не Ленину. Нельзя обожествлять земного человека, не "Ленину слава", а Слава Тебе, Боже, Слава Тебе».

Эти слова в следственных органах вызвали подозрение. Постановлением Верховного суда Грузии отец Гавриил был направлен на психиатрическую экспертизу.

Вот выписка из истории болезни, которая сейчас служит доказательством его исповедничества:

«Диагноз: психопатическая личность, склонная к психозным состояниям подобно шизофрении, бормочет невнятное низким голосом; верит в существование небесных сил, Бога, ангелов. Основная тема беседы – мир создан Божией благодатию. В отделении держится обособленно, если кто вступает в беседу, непременно напоминает о Боге, ангелах, иконах». Психиатры объявили, что он постоянно находится в галлюцинациях.

19 ноября 1965 года отец Гавриил был выписан из больницы домой, где закончил строительство церкви.

Когда отец Гавриил достроил у себя во дворе церковь, то об этом узнал уполномоченный по делам религий, и, вызвав одного высокопоставленного иерарха, сказал, чтобы тот принял меры и велел отцу Гавриилу разобрать эту церковь. Они приехали в дом отца Гавриила, уполномоченный остался во дворе, а иерарх зашел в храм, где молился отец Гавриил. Он сказал: «Сын мой, Гавриил, какой хороший храм ты построил своими руками. Но, знаешь,  какое теперь время. Послушай меня, разбери его, придут хорошие времена, положение изменится, и тогда ты снова построишь эту церковь. Скажи об этом уполномоченному». Отец Гавриил вышел во двор и сказал уполномоченному: «Я разрушу».

Прошло несколько дней. Отец Гавриил разобрал переднюю стену, отодвинул на два метра, расширил храм, и построил снова. Он сказал: «Я послушал и разрушил, а теперь настало хорошее время – и построил». Больше отца Гавриила не трогали.

После того как отца Гавриила объявили сумасшедшим, он начал явно юродствовать: изображать пьяного, проповедовать на улице и в общественных местах.

По воспоминаниям иерея Р.С., который был в то время алтарником, он носил на груди плакат: «Человек без любви подобен кувшину без дна» и горлышко от разбитого керамического  кувшина. Обычно он заходил в ресторан, артистично становился посредине, брал горлышко, как Кутузов подзорную трубу, и через это горлышко обводил взглядом зал, высматривая к кому подойти. Он выбирал столик, за которым сидел тот, кому он был нужен, подходил к нему, садился, начинал разговаривать − иногда в шутливой форме, иногда в суровой. Но когда отец Гавриил выходил, как правило, люди окружали его, подходили под благословение, становились перед ним на колени. Большинство понимали, что перед ними человек не простой.

В 1977 году Патриархом всея Грузии становится молодой сорокачетырехлетний  Сухумский и Абхазский митрополит Илия. В Церковь потянулись люди из научных и академических кругов, художники, писатели. Постепенно ослабевает давление коммунистического режима.

В Церковь пришли молодые люди. Открылись духовные семинарии и академии. Стало возможным посетить святые места в Палестине и на Афоне. Впервые за многие годы в Грузию приехали монахи со Святой Горы и познакомились с отцом Гавриилом. Хорошо узнав его, они предложили поехать к ним и подвизаться на Афоне. На что отец Гавриил сказал: «Для меня Грузия – Афон».

По благословению Патриарха Илии II отец Гавриил становится духовником женского монастыря Преображения Господня Самтавро в Мцхете, где начала свой подвиг святая Нино и возникла первая монашеская община в Грузии (1700).

Я уже упомянул, что с ослаблением коммунистического режима, вслед за научной интеллигенцией, в Церковь пришли молодые люди.

Надо сказать, что эти молодые люди были из известных и уважаемых семей, готовили себя к научной и партийно-хозяйственной карьере. Но во время крушения коммунистической идеологии открыли для себя Евангелие и взахлеб читали святых отцов, жития мучеников и историю Церкви.

С одной стороны, их окормлял благодатный Патриарх Илия, с другой стороны, учил смирению старец Гавриил.

Вот как вспоминает об этом времени игумения Мариам, в то время послушница в монастыре Самтавро. «Самое главное, что он делал для меня, − разрушал мое "книжное представление" о монашестве как о создании духовного комфорта. Бывало, уединюсь, мысленно общаясь с Богом, вдруг, откуда ни возьмись, раздается его голос: "Интеллигенция приехала, скорее вари суп". Однажды во время молитвы он вырвал из моих рук молитвенник. Я воспротивилась, а потом догадалась, почему он кричал: "Зачем беспокоишь Господа?" В то время моя молитва была сухой и формальной. В этой молитве не было истинной борьбы за спасение. А отец Гавриил боролся за спасение каждой души. Каждая минута его жизни выражала самопожертвование Богу».

С момента появления старца Гавриила во Мцхете, туда потянулись все жаждущие узнать о Боге и Божиих людях. Пришедшим к нему он говорил о тайных и нераскаянных грехах, страстях, нездоровых привычках, помогал разглядеть их и исцелить. Всегда делал это с любовью и терпением. Но бывали и исключения. Старец чувствовал любую фальшь и неискренность в людях. Тщеславным он давал жесткие уроки смирения, но это служило им на пользу.

В пришедших к нему с вопросами благочестивых мирянах он предузнавал будущих монахов, священников, игуменов и игумений и даже архиереев.

Отец Гавриил любил сидеть на верхней ступеньке лестницы, ведущей к башне монастыря. Как-то по лестнице поднимался священник. Отец Гавриил повернулся к келейнице и сказал: «Хочешь, я этого батюшку встряхну?» Келейница испугалась. Отец Гавриил обратился к нему, используя нелитературные выражения. Священник остановился и спокойно сказал: «Отец Гавриил, я гораздо хуже». Старец с любовью обнял священника и сказал: «Ты истинный брат мой!»

Из воспоминаний епископа Михаила: «Помню, будучи еще в миру, увидел отца Гавриила в Сионском Успенском соборе. Архиерей совершал молебен святой царице Тамаре. Отец Гавриил встал рядом с архиереем и обвел взглядом храм. Неожиданно он взошел на амвон и стал кричать: "Всем встать на колени! Как вы можете стоять столь непочтительно и безразлично во время молебна такой великой святой?!" Паства мгновенно стала на колени. Отец Гавриил, коленопреклоненно, со слезами на глазах, продолжал: "Она постилась, молилась до утра, босиком, с распущенными волосами, вела войско против врага для защиты Родины. А вам, ленивым, и колени не хочется преклонять?" Он еще долго причитал, потом встал, сделал большой поклон и приложился к иконе с благоговением. Паства молча последовала его примеру».

Одно из качеств, которое отличало отца Гавриила, было мужество. Он никого и ничего не боялся. Он мог на повышенных тонах разговаривать и обличать президентов, министров, вооруженных до зубов людей и просто бандитов. От него исходила такая сила, что его оппоненты предпочитали молчать и ретироваться. Прошло время, и мы убедились, что это была сила, пред которой преклоняются все, сила, которая может укротить не только грешного человека, но и самого свирепого льва: сила молитвы и любви.

Однажды в полночь он начал звонить в колокол. Не прекращая, звонил и кричал: «Вставайте, Грузия в крови, брат восстанет на брата». Тогда его не поняли, не понимали до тех пор, пока на Грузию не обрушились тяжелейшие испытания. После трагических событий и междоусобной войны в Грузии его спросили: «Отец Гавриил, погибнет Грузия?», он ответил: «Не погибнет, ее спасение начинается сейчас».

Старец говорил: «Горе тому монаху и священнику, кто живет и служит, не страдая за свой народ».

В последний год своей жизни он попросил отвести его в храм. Пред иконой Богоматери он коленопреклоненно, со слезами на глазах молил Пресвятую Богородицу: «Прими меня в жертву, Матерь Божия, только спаси мою Грузию».

Старец святой жизни, который жил в наши дни, отец Иоанн (Крестьянкин) говорил: «Иссякает истинный источник знаний, радости и мира – любовь».

Так вот, старец Гавриил не только сохранил, очистил и благоукрасил этот почти высохший источник любви, но и научил своих учеников за ним ухаживать и щедро раздавать его воды всем жаждущим.

Молитвами святого старца Гавриила и всех старцев иверских, афонских, палестинских, синайских и в земле Российской просиявших, Многомилостивый Господь, сохрани, успокой, объедини и обрадуй страну нашу Иверскую, страну Российскую и все православные христианы.

Аминь.

Синодальный отдел по монастырям и монашеству